Кому хотел польстить де Геннин?
Земля уральская
Ну и давку устроили горожане в центре Екатеринбурга 21 октября! Всем хотелось получить бесплатно сувенирную монету с портретом Вильгельма де Геннина, отлитую по случаю его юбилея: 350 монет разлетелись в толпе за три минуты. Но желающих стать владельцами знакового сувенира оказалось гораздо больше...
Птенец гнезда Петрова
Таким ажиотажем закончилось празднование 350-летия одного из отцов-основателей Екатеринбурга. А спроси прохожего, что конкретно он знает об этой легендарной личности? Сегодня расскажем вам о Георге Вильгельме, точнее, Вилине Ивановиче де Геннине, как велел называть себя в России этот обрусевший немец с голландскими корнями.
Родился он в 1676 году в немецком городке Зиген. Папа — артиллерист. С 14 лет юный Вильгельм отливал боеприпасы на металлургическом заводе. Потом в голландскую армию подался, стал артиллерийским унтер-офицером. Казалось бы, карьера идёт. Но позднее Вильгельм понял: в Голландии ему ни достойной работы, ни привилегий не светит, зато Россия — страна возможностей.
В 1697 году в Амстердаме он без лишних церемоний подаёт прошение русским послам: «Возьмите, я умею стрелять, делать фейерверки и не боюсь работы». И взяли! По легенде, его экзаменовал сам Пётр I. Царь решил, что иностранный металлург, владеющий 12 заводскими ремёслами, — то, что нужно новой России.
Медаль с алмазами и 60 дворов в придачу
В возрасте 21 года де Геннин уже в Оружейной палате, в 1698-м — фейерверкер. Поначалу учил молодых дворян стрелять и разбираться в артиллерии. Но вскоре Северная война расставила всё по местам. Швеция хотела сохранить своё господство на севере Европы, Россия — получить выход к Балтийскому морю. Кроме того, Пётр I стремился вернуть российские земли, некогда утраченные в Смутное время.
Вильгельм де Геннин пригодился на передовой: строил укрепления в Новгороде, участвовал во взятии Выборга, его усилия отмечал Пётр I. А когда де Геннин составил план взятия крепости Кексгольм, и она пала, царь не поскупился на награды — медаль с алмазами и деревня в 60 дворов за отличную службу!
Но в разгар войны потребовались иные знания иноземца. Воюющей стране не хватало оружия. Де Геннина в 1713 году отправили в Олонецкий край, где заводы должны были кормить армию пушками, но вместо этого разрывалось каждое четвёртое орудие.
Де Геннин развернул масштабную стройку: домны по английской технологии, новые цеха. После этого из каждой тысячи пушек теперь в хлам разлетались не больше трёх, 0,3 процента брака вместо прежних 25. Вот это качество!
Под началом де Геннина Петровский завод стал одним из крупнейших в стране. Каждый год отсюда уходило на фронт до 300 орудий, 5–6 тысяч ружей, до 3 тысяч клинков, плюс ядра и якоря. Для воюющей страны это была страховка от того, что пушки закончатся раньше, чем враги.
Талантливый иностранец активно внедрял передовые по тем временам технологии, например, заставлял воду работать за людей — внедрил вододействующие машины. Одним из его изобретений стала сверлильная установка, которая одновременно выводила жерла сразу в трёх орудиях. Ещё один инженерный подвиг — на заводе научились лить тонкостенные корабельные пушки, чтобы и стреляли хорошо, и были легче наземных, и огромные якоря весом по 180–200 пудов.
Конечно, нельзя было обновлять производство без грамотных людей. В 1716 году де Геннин организовал Олонецкую горнозаводскую учёбу — первую в России техническую школу для подготовки металлургов и горных мастеров для молодой российской промышленности.
Первый в России санаторий
Есть в биографии де Геннина «курортная история»: именно с его подачи в России узнали о минеральных водах. Всё началось с охранника Олонецкого завода Ивана Рябоева, у которого сердце пошаливало. Он нашёл целебный источник, испил раз, другой и почувствовал себя лучше. Де Геннин доложил об этом факте царю, прислали врачей, проверили воду. Пётр I, у которого тоже здоровье было не железное, в 1719 году сам наведался к источнику и настолько остался доволен результатом, что подарил де Геннину свой портрет, отделанный алмазами, и 600 рублей в придачу.
С 1716 года де Геннин по указу царя ездит по Европе: смотрит производства, зовёт мастеров в Россию. Голландия, Саксония, Пруссия — везде он подмечает полезное. А в Голландии и личную жизнь устроил: познакомился с купеческой дочкой, обручился, а когда вернулся в Россию, царь лично подарил ему на свадьбу 1800 рублей. Брак оказался удачным, в семье родились двое сыновей и дочь.
«Демидов мужик упрям...»
История противостояния государева управленца горными богатствами Урала Василия Татищева и заводчиков Демидовых — производственный триллер XVIII века: с жалобами, угрозами и самозахватом рудников. Пётр I не стал гадать, кто прав, кто виноват. В апреле 1722 года де Геннина выдернули с Олонецких заводов: вот тебе миссия, собирайся!
Де Геннин провёл расследование и вынес вердикт: обвинения ложные, Татищев — хороший управленец. Доложил об этом царю, а про олигарха Демидова «первый следователь империи» высказался без прикрас: «Демидов мужик упрям... Местные власти "бездельничали много", Демидову никто не мешал, вот он и делал, что хотел».
Татищева оправдали. Но тут, правда, вышла неловкость: благоволивший Демидову граф Апраксин, которого де Геннин считал «вторым отцом», на два года перестал с ним разговаривать. Но Вилин Иванович — не из тех, кто долго обижается: позже он сумел подружиться и с Демидовыми.
Про самого Василия Татищева де Геннин писал с уважением: «К тому делу лучше не сыскать, как капитана Татищева...». Но всё же в октябре 1724 года Татищева отправили в Швецию — изучать горные промыслы. По сути, это была почётная ссылка. На Урале во главе Обер-бергамта остался де Геннин.
И развернулся в полную силу: три старых завода перестроил, восемь новых запустил. Среди них — и наш, екатеринбургский, на реке Исети. Место выбрал Татищев, де Геннин его одобрил и начал стройку, сразу понимая, что это будет не просто заводской посёлок, а город-крепость. Под его рукой здесь появились госпиталь — первый на Урале, церковь, школы. А на месте двух других заводов позже выросли Пермь и Полевской.
За 12 лет работы на Урале де Геннин предпринял много полезного. Но чтут его горожане прежде всего за то, что его стараниями город получил своё нынешнее имя — Екатеринбург. Некоторые уверены, что в честь святой Екатерины. Но из прошения де Геннина к Екатерине Первой видно, что он загодя надеялся на согласие императрицы, когда ещё до её указа присвоил крепости имя «Катеринбурх». Явно кому-то хотел польстить Вилин Иванович...
Но потом де Геннин заскучал. В 1733 году он подал прошение об отставке. Финальным аккордом его уральской эпопеи стал труд «Описание Уральских и Сибирских заводов» — настоящая энциклопедия того времени.
В апреле 1750 года его не стало. Двое сыновей остались жить в России, и в этом тоже была маленькая победа де Геннина: человек, приехавший издалека, и его дети стали в нашей стране своими, нужными и незаменимыми.
Татьяна Ковалева
